В последние месяцы тема Гренландии вновь стала одним из самых спорных геополитических вопросов. 

Дональд Трамп — ключевая фигура  американской политики неоднократно и открыто заявлял о «необходимости» присоединения Гренландии к Соединённым Штатам.

Для многих эти высказывания — не просто политическая риторика, а признак более глубокой и долгосрочной стратегии Вашингтона.

Однако главный вопрос остаётся прежним: если США попытаются получить контроль над Гренландией «любыми средствами», не будет ли это считаться актом агрессии?

Является ли аннексия Гренландии агрессией?

С точки зрения международного права любое присвоение территории без согласия суверенного государства и его народа является грубым нарушением национального суверенитета и расценивается как акт агрессии. Гренландия — автономная территория в составе Королевства Дания, и любое решение о её будущем может быть легитимным лишь через свободный референдум и волю её народа.

Следовательно, если США будут использовать политическое, экономическое или военное давление для навязывания своей воли, такой шаг — даже под предлогом «обеспечения безопасности»  будет рассматриваться в рамках международного права как агрессия.

Почему США стремятся к Гренландии?

Интерес Вашингтона к Гренландии выходит далеко за рамки географии или символизма. Речь идёт о сочетании силы, ресурсов и глобальной безопасности:

1.  Стратегическое положение.

Гренландия расположена в самом сердце Арктики — региона, который по мере таяния льдов превращается в новую арену соперничества мировых держав, прежде всего США, России и Китая.

2.  Военная безопасность.

На территории Гренландии находится важнейшая американская база Туле — ключевой элемент системы раннего предупреждения о ракетных пусках, космической обороны и контроля северных маршрутов.

3.  Огромные  природные ресурсы. Остров богат редкоземельными металлами, а также запасами нефти, газа и других полезных ископаемых, которые в будущем могут сыграть решающую роль в мировой экономике и технологиях.

4.  Сдерживание Китая и России.

США обеспокоены ростом влияния Китая и военной активностью России в Арктике и рассматривают Гренландию как стратегический барьер на пути своих геополитических соперников.

Каково место НАТО в этой ситуации?

Здесь возникает серьёзное противоречие. Дания является членом НАТО, как и сами Соединённые Штаты, которые фактически выступают лидером альянса. Если Вашингтон попытается заполучить Гренландию вопреки воле Копенгагена, это будет означать прямое давление на государство — члена НАТО, что поставит под сомнение саму философию существования альянса: коллективную оборону и уважение суверенитета союзников.

Как НАТО может защищать Гренландию?

Согласно статье 5 Североатлантического договора, нападение на одного члена альянса рассматривается как нападение на всех. Однако если угроза исходит изнутри НАТО — со стороны самих США, то этот механизм становится беспрецедентным и фактически неработоспособным. В таком случае альянс столкнётся с глубочайшим кризисом идентичности в своей истории:

*   способен ли он противостоять Соединённым Штатам?

*   или будет вынужден промолчать, рискуя потерять доверие и авторитет?

Вывод: к чему стремится Америка?

Судя по заявлениям Трампа и действиям Вашингтона, США стремятся закрепить своё стратегическое превосходство в XXI веке, даже если это означает подрыв норм международного права, принципов суверенитета государств и внутреннего единства НАТО.

Сегодня Гренландия — это уже не просто ледяной остров. Она стала символом будущего мирового порядка — испытанием, которое покажет, восторжествуют ли право и многосторонность или же мир окончательно подчинится логике силы и давления.

Независимый эксперт  Махди Нури

Фото: РИА Новости/Изображение сгенерировано ИИ