Смерть Верховного лидера Али Хаменеи поставила Иран перед одним из самых драматичных политических испытаний за последние десятилетия. На фоне войны, воздушных ударов и угроз дальнейшей эскалации члены Ассамблея экспертов Ирана были вынуждены в экстренном порядке собраться, чтобы предотвратить опасный вакуум власти.

Заседание проходило в условиях беспрецедентного давления: часть зданий государственных учреждений находилась под угрозой бомбардировок, а многие участники добирались на заседание в обстановке повышенной секретности.

После напряжённых дискуссий и, по сообщениям источников, непростых консультаций между различными религиозными и политическими группами большинство голосов было отдано за аятоллу Сейед Моджтаба Хаменеи. Решение было объявлено вечером 8 марта иранским агентством Fars(Фарс). Отметим, что Духовный лидер избирается на пожизненный срок.

«По решению совета экспертов Моджтаба Хаменеи стал третьим верховным лидером Ирана», — говорится в сообщении.

Однако само решение, принятое в разгар войны и на фоне возможных разногласий внутри духовно-политической элиты, уже стало предметом оживлённых дискуссий о будущем иранской системы власти и о том, сможет ли новый лидер сохранить баланс между идеологией, государством и обществом в один из самых напряжённых периодов современной истории страны.

Как ранее сообщил иранскому агентству Mehr(Мехр) член совета экспертоваятолла Мохаммад-Мехди Мирбагери, сформировано твердое и единодушное мнение, которое представляет собой «мнение большинства». Кандидат был выбран на основе совета убитого экс-верховного лидера Ирана Али Хаменеи о том, что глава страны «должен быть ненавидим врагом, а не восхваляем им», -раскрыл новое назначение еще один представитель совета аятолла Мохсен Хейдари Алекасир.

Справка: Совет экспертов состоит из 88 исламских богословов, которые избираются населением на 8 лет. Они провели закрытые заседания, оценили нескольких кандидатов и выбрали нового лидера. Решение окончательное, члены Совета не имеют права его менять.

Считающий себя вершителем судеб всего человечества «Президент мира» Дональд Трамп уже предупредил, что новый лидер Ирана должен получить одобрение США на назначение(об этом он заявил ABC News/АБС Новости).

«Ему придется получить одобрение от нас. Если он не получит одобрения от нас, он долго не протянет. Мы хотим быть уверены, что нам не придется возвращаться туда каждые 10 лет, когда у вас нет такого президента, как я, который этого не сделает. Я не хочу, чтобы люди через пять лет возвращались и повторяли то же самое или, что еще хуже, позволили им получить ядерное оружие», — сказал Трамп.

По сообщению Tasnim News Agency(Информационное агентство Тасним), аятолла Сейед Моджтаба Хаменеи — второй сын лидера и религиозного авторитета, погибшего аятоллы Али Хаменеи. Он родился в 1969 году в городе Мешхед. Сегодня ему 56 лет.

Начальное религиозное образование он получил в духовной школе аятоллы Моджтахеди Тегерани. Во время ирано-иракской войны он находился на фронтах вместе с бойцами исламского сопротивления. После окончания войны в 1989 году он отправился в Кум для продолжения религиозного образования и оставался там до начала 1992 года. Затем он на пять лет вернулся в Тегеран, где продолжил обучение.

В 1997 году он женился на Захре Хаддад-Адель, которая позже была названа шахидой. В том же году он вновь переехал в Кум для завершения духовного образования и углубления религиозных знаний.

Высшие уровни исламских наук он изучал у известных преподавателей Кума, включая аятолл Ахмади Миянеджи, Резу Остади и Овсати. Высший курс исламского права и принципов фикха он проходил у своего отца — великого аятоллы Али Хаменеи, а также у ряда авторитетных богословов: аятолл Шейха Джавада Табризи, Шейха Хусейна Вахида Хорасани, Сейеда Мусы Шабири Занджани, Аги Моджтабы Тегерани и Шейха Мохаммада Момена Куми.

Более 17 лет он активно участвовал в занятиях по высшему уровню исламской юриспруденции. Его научные записи, комментарии и критические замечания, которые он представлял преподавателям, привлекли внимание многих известных ученых.

Сочетание природного таланта, настойчивости и научной независимости привело к появлению ряда новаторских идей в исламских науках, особенно в областях фикха, اصول (основ исламского права) и риджала (науки о передатчиках хадисов). Наличие системного подхода к исламским наукам и последовательность в научных выводах считаются одними из его ключевых достоинств.

Его научные идеи охватывают такие вопросы, как сущность религиозных предписаний, уровни правовых норм, причины установления законов, множественность правовых постановлений, методы передачи хадисов и эволюция религиозных книг. Эти исследования сформировали целостную научную школу.

Его подход опирается на труды крупнейших ученых исламского права — в том числе Шейха Муртазы Ансари, Ахунда Хорасани, Мохаммада Хусейна Наини, Аги Зия Ираки, Мирзы Исфахани, аятоллы Боруджерди и Рухолла Хомейни.

Особое внимание он уделяет работам ранних ученых шиитской традиции и взглядам первых имамитских правоведов, а также концепции «устойчивого понимания эпохи непогрешимого имама», которая играет важную роль в процессе религиозного толкования.

Преподавательская деятельность

Помимо учебы, он активно занимался преподаванием. В школе аятоллы Моджтахеди в Тегеране он начал преподавать начальные дисциплины исламского образования, а с 1995 года преподавал книгу «Маалем». После рекомендаций Али Хаменеи о необходимости реформирования религиозного образования он прекратил преподавание этой книги и начал преподавать «Халакат» Мухаммада Бакира ас-Садра.

В 1998 году в Куме он начал частные занятия по книгам в доме имама Хомейни. Позднее он также начал частные занятия по высшему курсу фикха, посвящённые вопросам молитвы.

В 2004–2006 годах он преподавал высшие курсы религиозных наук. В 2007 году его занятия были перенесены в знаменитую духовную школу Медресе Фейзие.

Позднее он начал читать публичные курсы высшего уровня по фикху и اصول(основ исламского права), которые со временем стали одними из самых посещаемых в религиозной семинарии Кума. До пандемии коронавируса на его занятиях присутствовало около 400 студентов.

Во время пандемии занятия проводились онлайн. К началу учебного года 2023 на курс записалось около 1300 студентов, однако в первый же день учебного года, когда на лекции присутствовало около 700 человек, он неожиданно объявил о прекращении занятий и попросил у учеников прощения.

Это решение вызвало удивление среди студентов и преподавателей. После этого около 1000 ученых и студентов Кума обратились с письмом к Али Хаменеи с просьбой возобновить лекции, однако он отказался, объяснив решение духовными причинами.

Научная и общественная деятельность

Помимо преподавания, он поддерживал создание религиозных научных центров и школ, уделяя внимание подготовке нового поколения ученых и общественных деятелей. В этих учебных заведениях сочетались научная работа, социальная деятельность и помощь малоимущим.

Он также поддерживал тесные отношения с известными духовными наставниками и богословами, включая аятолл Бахаэддини, Бехджата, Кашмири и Джафара Моджтахеди.

Считается, что он обладает значительным опытом в вопросах государственного управления благодаря контактам с высокопоставленными чиновниками и участию в обсуждении важных государственных вопросов.

Его интересы включают широкий круг тем — от экономической стабильности и цен на базовые товары до модернизации сельского хозяйства, массового строительства доступного жилья и развития технологий, включая искусственный интеллект.

Связи с «осью сопротивления»

Важной частью его биографии также считается взаимодействие с военными командирами и лидерами «оси сопротивления», включая Хасан Насралла и Касем Сулеймани.

По утверждению авторов биографии, именно эта деятельность стала причиной длительной враждебности со стороны Соединённых Штатов Америки и Израиля, которые якобы предпринимали попытки дискредитации и устранения этой фигуры.

В 1980-е и 1990-е годы Сейед Моджтаба Хаменеи в публичном политическом пространстве практически не фигурировал. В отличие от многих иранских политиков, активно выступающих на трибунах, его деятельность в значительной степени оставалась вне внимания широкой аудитории.

По данным ряда источников, в разные периоды он был связан со структурами «Корпуса стражей» исламской революции и работал в тесном взаимодействии с силовыми ведомствами.

Некоторые аналитики полагают, что с середины 2000-х годов он мог играть заметную роль в координации так называемого «силового блока» и помогать своему отцу — Верховному лидеру Али Хаменеи — в поддержании контактов с военными структурами, включая армию, военно-морские и военно-воздушные силы. При этом формально он продолжал оставаться религиозным деятелем и не занимал государственных должностей.

Считается, что Моджтаба хорошо ориентируется во внутриполитической динамике страны и имеет устойчивые контакты с представителями силовых структур. В условиях, когда влияние КСИР в политической и экономической системе Ирана заметно возросло, фактор доверия со стороны военного руководства может играть важную роль.

Роль в региональной стратегии

В ряде аналитических публикаций Моджтабу Хаменеи также связывают с формированием региональной стратегии Ирана, направленной на поддержку союзных сил на Ближнем Востоке. Речь, как правило, идет о контактах с такими организациями, как Хезболла*, ХАМАС*, шиитские вооружённые формирования в Ираке* и движение хуситов в Йемене*.

При этом многие эксперты отмечают, что подобная политика формировалась на протяжении десятилетий при участии различных государственных и военных структур Ирана, поэтому вопрос о конкретной роли отдельных фигур в этой стратегии остаётся предметом дискуссий.

Чего ждать от Моджтабы Хаменеи?

Смена лица на вершине власти в Иране — это не смена курса. Это смена метода.

• Жесткий прагматизм. Моджтаба известен как сторонник «гибридной войны» и жесткого противостояния с Западом. При нем переговоры по ядерной программе могут либо полностью быть приостановлены, либо стать еще более циничным торгом.
• Экономика силы. В отличие от реформаторов, пытавшихся договариваться с миром, новый лидер сделает ставку на автаркию (самодостаточность) и развитие военно-промышленного комплекса. Это значит, что санкционное давление, скорее всего, будет только усиливать внутреннюю мобилизацию.
• Эра «Сейида». Если раньше титул «Сейид» (потомок пророка) носили как религиозный знак, то Моджтаба превращает его в политический бренд династии. Он становится первым Высшим руководителем, который родился уже после Исламской революции, что для молодежи Ирана (а это 60% населения) является вызовом: авторитет отцов для них уже не работает, нужны другие аргументы.

Моджтаба Хаменеи — это символ завершения эпохи «отцов-основателей». Иран переходит от революционной идеологии к военно-технократической диктатуре. Новый лидер — продукт системы безопасности, и его главная задача — не сохранить революцию, а сохранить властную структуру в условиях тотального давления.

* — Запрещенные организации в некоторых странах.

Фото: Tasnim News(Тасним Новости)